В 1993 году, когда я приехал на цикл по мануальной терапии, о прикладной кинезиологии только начали еще говорить. Первый, от кого мы услышали о ПК — это Людмила Федоровна. На цикле по мануальной терапии были опытные врачи, которым нужны были документы о том, что они прошли курс по мануальной терапии, и они считали себя опытными специалистами, врачами-практиками. Людмила Федоровна, тогда еще очень молодой специалист: молодая, щупленькая женщина — строила огромных мужиков. Практические занятия проходили на базе Первой Городской Больницы в Новокузнецке. Одно из условий прохождения практики — курсанты должны были раздеваться до плавок и купальников, и мы изучали визуальную диагностику друг на друге. Комнатка, где мы обучались, была небольшая и — чтобы было лучше видно, все взбирались на подоконники и смотрели, как делается осмотр пациента, его походка. Заходит профессор Коган и спрашивает : «Что здесь такое происходит? Я шел по улице и увидел, что в окнах на первом этаже стоят здоровенные мужчины в плавках, повернув свои попы к прохожим, которые проходят рядом с этой больницей!». Это так забавно и интересно он преподнес!

***

Конечно же, Людмила Федоровна ставила нам руки. Когда мы неправильно делали манипуляции — била по рукам, ставила нас в правильную стойку; учила, как нужно браться за пациента, как его нужно держать. Были даже курсанты, которые не выдерживали сложностей обучения — искали, что попроще и переходили в другие группы. Самые стойкие выдержали и — время показало — не напрасно. Они стали опытными специалистами — гордостью школы Людмилы Фёдоровны.

В неурочное время Людмила Федоровна привлекала нас к подготовке методичек. Чаще всего, это было у нее дома. Мы расклеивали картинки и надписи. Весь ее дом был превращен в типографский салон для подготовки методических пособий по мануальной терапии. Так как литературы не было, то литература готовилась прямо на наших глазах.

Мы много прогуливались по городу, и те походы по улицам Новокузнецка не проходили даром, потому что Людмила Федоровна заставляла нас смотреть на прохожих и выявлять неправильные паттерны ходьбы. Поэтому визуальная диагностика была и на занятиях, и когда отдыхали, и даже на последних банкетах, которые она изумительно проводила по окончании занятий. Всегда присутствовал учебный процесс, кто как сидит, танцует, говорит — т. е. во всем было присутствие мануальной терапии и прикладной кинезиологии. Это ее характер и стиль жизни — мы другой Людмилы Федоровны уже не представляем.

Когда я сказал, что я из Удмуртии, никто даже не представлял, где это. Основное население — это удмурты, небольшая национальность с рыжеватым цветом волос, коренастые, с узкими глазами, с определенным уральским говором — люди строгие и серьезные. «Пришлите нам хотя бы одного удмурта — посмотреть на него» — сказала Людмила Федоровна. Я послал своего коллегу Дмитриева Валентина Никифоровича. Это суровый крепкий мужчина с рыжей бородой и определенной харизмой. Он приехал на кафедру неврологии для прохождения цикла общего усовершенствования, который вела Людмила Фёдоровна.

Когда цикл закончился, родные ждали его домой, но он не вернулся с командировки. Жена в Удмуртии его потеряла. Приходит ко мне :«Где мой муж?» Я ей дал телефон квартиры Людмилы Федоровны — сотовых телефонов тогда еще не было. Жена этого доктора приходит ко мне через какое-то время и рассказывает: «К телефону подошел муж Людмилы Федоровны и сказал мне, что Валентин уехал с его женой в Сочи». Оказывается, Людмила Федоровна поехала на семинар в Сочи, и Валентин Никифорович уехал еще на один семинар вместе с ней. Я был поражен тому, насколько она смогла заинтересовать нашего доктора мануальной терапией: забыв о жене, он поехал на  еще один семинар из Новокузнецка — в Сочи. Сейчас Валентину Никифоровичу уже 65 лет, и он до сих пор занимается мануальной терапией и благодарит Людмилу Федоровну за те азы, которые она ему преподала еще тогда, в Новокузнецке, 20 лет назад.